Блокадный долгожитель

Блокадный долгожитель

Блокадный долгожитель

  • ВМВ
  • танки
  • артиллерия
  • СССР

Юрий Пашолок

Начало ВОВ летом 1941 года вынудило вносить важные коррективы в замыслы перспективных работ по теме советских самоходных артиллерийских установок (САУ). По многим направлениям работы было нужно свернуть, но в малейшие сроки была создана самоходная установка ЗИС-30, базой для которой послужил артиллерийский тягач «Комсомолец». До того в качестве базы для САУ он кроме того не рассматривался.

Но, одну из САУ, разрабатывавшихся по довоенному замыслу, не только выстроили, но и запустили в серию. Речь заходит о машине, известной под условным индексом СУ-26. Ее настоящее обозначение, Т-26–6, выяснилось глубоко «зарыто» в архивах.

Устаревшее шасси

Весну 1941 года Красная Армия встретила в состоянии перевооружения. Фабрики лишь разворачивали производство новых образцов танков. По замыслам, главным лёгким танком (танком сопровождения) должен был стать Т-50.

Он сменял в армиях Т-26, самый массовый и «долгоиграющий» танк Красной Армии. Выпуск его начался еще в первой половине 30-ых годов двадцатого века, а последние автомобили этого типа завод №174 сдавал уже в первой половине 40-ых годов двадцатого века, параллельно с разворачиванием серийного производства Т-50. Но Т-50 лишь готовили к выпуску, а в армиях все еще имелось много Т-26.

Двухбашенный Т-26 на Невском Пятачке, финиш 1941 года. Эти автомобили должны были стать базой для самоходных установок помощи пехоты

самая критичной была обстановка с двухбашенными Т-26. Всего в армии отправилось 1626 танков данной версии. К весне 1941 года на вооружении Красной Армии их было еще достаточно большое количество.

450 таких танков выпустили со смешанным оружием: в правой башне устанавливалась 37-мм пушка, представлявшая собой наложение ствола морского орудия Hotchkiss на лафет пушки ПС-1. Совершенно верно такая же пушка стояла на танке сопровождения пехоты Т-18 (МС-1), причем со боеприпасами для нее к 1941 году имелись громадные неприятности. Остальные двухбашенные танки имели чисто пулемётное оружие.

Обе версии к началу Второй мировой имели вызывающую большие сомнения боевую сокровище. Не обращая внимания на это, двухбашенные Т-26 широко применялись и в освободительном походе в сентябре-октябре 1939 года, и войне с Финляндией зимний период 1939–1940 годов. За неимением иных танков они оставались на вооружении. Больше того, в 1940–41 годах часть из них прошла модернизацию.

В частности, воздухозаборник на надмоторной плите был прикрыт особым коробом, защищавшим от бутылок с зажигательной смесью. К примеру, в Ленинградском армейском округе по состоянию на май 1941 года имелось 87 таких танков.

Тактико-технические требования на САУ помощи механизированных соединений

Появился в полной мере закономерный вопрос, что с этими устаревшими танками делать дальше. 27 мая 1941 года показался проект распоряжения СНК Альянса ССР «О самоходной артиллерии», что определял главные направления развития самоходных установок. В их числе была и «самоходная установка 76 мм полковой пушки обр.27/32 г на шасси двухбашенного танка Т-26». Размах запланированного производства впечатлял: всего за 1941–42 годы планировалось переделать в САУ 1200 Т-26.

Разработчиком автомобили, что в полной мере логично, выступал завод №174, изготовитель Т-26.

В это же время, переделывать в САУ танки предполагалось не в том месте: площадкой для производства предполагалось сделать завод дробильно-размольного оборудования (ДРО) в г. Выкса, где выпускались легкие бронеавтомобили БА-20. Подобное ответ смотрелось в полной мере логично: завод №174 и без того был загружен по линии Т-50.

В соответствии с тексту проекту распоряжения, к 15 июня 1941 года завод №174 должен был взять две танковые пушки КТ, наряду с этим на заводе №7 возобновлялось их производство. К 1 сентября ожидалось взять на опробования два умелых примера САУ. В переписке завода №174 нашлось и обозначение данной самоходной установки, Т-26–6.

В один момент с ней запускались работы по 76-мм САУ и зенитной самоходной установке (ЗСУ) на базе Т-50.

3 июня 1941 года заводское КБ под управлением С.А. Гинзбурга начало работы по эскизному проектированию «самоходной установки пушки «КТ-26» на шасси Т-26». Кроме этого в работу разрешили войти инициативный «проект самоходной установки зенитной пушки на шасси Т-26», взявший обозначение Т-26–8.

9 июня 1941 года рассматривался вопрос о разработке на базе Т-26 самоходной установки с применением 57-мм противотанковой пушки ЗИС-2 в качестве оружия, но последнюю идею отклонили из-за перегруженности ходовой части и малого боекомплекта.

Чуть ли не единственный документ, в котором упоминается заводской индекс 76-мм САУ на базе Т-26

24 мая 1941 года были подготовлены тактико-технические требования (ТТТ) на «76-мм самоходную пушку помощи мотомеханизированных соединений». 27 мая их утвердил маршал Кулик, занимавший тогда должность помощника министра обороны. Самоходная установка предназначалась для борьбы с пулемётными гнездами, лёгкими упрочнениями и живой силой соперника. По солидному счёту, случился возврат к концепции СУ-1 практически 10-летней давности.

Действительно, на этот раз рубка должна была выполняться полуоткрытой. В соответствии с требованиям, Т-26–6 должна была иметь бронирование в лобовой части, с бортов и сверху. От разработчиков САУ требовалось вносить в конструкцию базисного шасси Т-26 только минимальные трансформации.

Боекомплект установки должен был составлять не меньше 50 выстрелов.

ТТТ оказались такими, что у КБ завода №174 имелась высокая степень свободы для проектирования. Это и вызвало заметное отличие Т-26–6 от предшествующих ей самоходных установок на базе Т-26.

Производство в условиях блокады

Начало ВОВ повлияло среди них и на программу Т-26–6. В сражениях первых месяцев войны большая часть двухбашенных Т-26 выяснилось утрачено. Помимо этого, завод ДРО в Выксе взял дополнительную загрузку по производству, и ему стало совсем не до перспективной самоходной установки на устаревшей базе.

Наконец, завод №174 был занят производством Т-50, по данной причине работы над самоходной установкой затянулись. Однако, о машине, а правильнее, о автомобилях на базе Т-26 не забыли.

Первой на опробования поступила совсем вторая самоходная установка, которую КБ завода №174 спроектировало в инициативном порядке. К тому времени она обозначалась как Т-26–5 и была вооружена 37-мм автоматической зенитной пушкой 61-К. К сожалению, до наших дней сохранился лишь текст отчёта об опробованиях данной установки. Если судить по описанию, эта ЗСУ сильно напоминала САУ Т-26–6, отличие пребывала в бронировке и вооружении.

На Артиллерийский научно-исследовательский умелый полигон (АНИОП) Т-26–5 прибыла 19 июля 1941 года. Из-за спешки бронировку совокупности выполнили из конструкционной стали, не до конца были доработаны и отдельные элементы платформы.

Эти недоработки заметно оказали влияние на результаты огневых опробований, каковые проводились с 20 по 23 июля 1941 года. При стрельбе наблюдалось выворачивание швеллерных балок, на которых крепилась платформа. В следствии понижалась кучность, причём на определенных углах поворота зенитной установки данный параметр приходил в норму.

В целом, устойчивость автомобили признали удовлетворительной, а Т-26–5 в целом – в полной мере соответствующей требованиям, предъявляемым к ЗСУ.

К тому же, КБ завода №174 взяло задание доработать конструкцию самоходной установки и особенно крепления платформы к корпусу шасси. Да и сам настил платформы приводил к: на протяжении стрельбы он заметно прогибался, что мешало повороту совокупности. В итоговой резолюции, вынесенной по результатам опробований, указывалось, что по окончании доработки планировалось изготовить 140 таких ЗСУ. Действительно, с одной оговоркой – при наличии танков, на базе которых предполагалось их строить.

Этот пункт и стал главным препятствием на пути к серийному выпуску Т-26–5. На деле таких зенитных самоходных установок изготовили всего две штуки, обе они появились в составе 124-й танковой бригады.

По ЗСУ на базе Т-26 сохранился отчет по опробованиям, но иллюстраций в нем, увы, нет

Итоги опробований Т-26–5 повлияли и на разработку 76-мм САУ Т-26–6. На заводе №174 проектировали дуплекс, другими словами на одном шасси предполагалось изготавливать два типа самоходных установок. Требования на доработку ЗСУ вынудили заводское КБ внести трансформации в конструкцию креплений платформы. Это стало обстоятельством того, что и в эскизный проект Т-26–6 внесли кое-какие трансформации.

Переработанный вариант самоходной установки был представлен Армейскому совету Ленинградского фронта 5 августа 1941 года.

Потому, что завод ДРО конкретно отпадал в качестве производственной базы, скоро нашлась вторая площадка. Ею был завод подъёмно-транспортного оборудования им. С.М. Кирова. К танкам он к тому моменту имел самое прямое отношение: благодаря имеющемуся оборудованию, тут создавали ремонт поврежденных в битвах боевых автомобилей. В заделе на предприятии уже имелись требующие ремонта огнеметные танки ХТ-26 и ХТ-130, созданные на базе Т-26.

Так, сам собой решался вопрос наличия базы для САУ.

Сборка Т-26–6 на заводе подъёмно-транспортного оборудования им. С.М. Кирова

11 августа Армейский совет Ленинградского фронта одобрил запуск Т-26–6 в серию, и уже 24 числа первые две автомобили готовься . Оказавшаяся машина разительно отличалась от прошлых САУ на базе Т-26, да и исходным ТТТ она уже не совсем соответствовала. С танка снималась подбашенная коробка и башня, для механика-водителя делалась отдельная рубка. Во всю длину боевого и моторного отделений на швеллерах крепилась платформа.

Это усложняло обслуживание двигателя, но иного пути у КБ завода №174 не было.

К платформе крепился тумба, на которую устанавливалась достаточно массивная рубка. Благодаря наличию тумбы обеспечивалось круговое вращение рубки и пребывавшей в ней артиллерийской совокупности. В рубки размещался расчет из двух человек.

Считается, что рубка была открытой позади, но недавно найденные фрагменты показывают, что позади она была, как минимум частично, прикрыта бронелистом.

по поводу оружия САУ имеется расхождения. В соответствии с ТТТ, на Т-26–6 предполагалось устанавливать 76-мм танковую пушку КТ. Но в действительности самоходную установку, вероятнее, вооружили 76-мм полковой пушкой обр.1927 года.

В пользу этого умозаключения говорит тот факт, что пушки КТ брать было легко негде. В «довесок» к пушке шли два спаренных пулемета ДТ. Для доступа к укладкам и двигателю снарядов в платформе прорезались люки.

Бронировку взяли и откатные механизмы полковой пушки

Ответ о запуске Т-26–6 в серию было принято 26 августа 1941 года. Потому, что запасы ремонтных танков были очень скудными, всего в самоходные установки было решено переделать 12 автомобилей – 8 огнеметных танков и 4 двухбашенных Т-26. По поводу того, сколько в действительности было выпущено этих САУ, информация расходится.

В большинстве случаев упоминается, что всего за 1941–42 годы их выпустили 12 штук, но эти цифры «не бьют» с тем, как этими самоходными установками пополнялись части в конце 1941 года.

Такие автомобили взяли 124-я и 125-я бригады, позднее они появились в 122-й и 123-й танковых бригадах. Штатно любая бригада приобретала батарею, в которой пребывало по 4 самоходные установки. И не смотря на то, что на деле все могло быть не совсем так, однако, возможно с уверенностью утверждать, что уже к началу 1942 года в армии попало 12 САУ и 2 ЗСУ. Но на этом производство Т-26–6 не закончилось.

6 июня 1942 года Армейский совет Ленинградского фронта принял распоряжение №00915, в соответствии с которому директора завода им. Кирова обязывали к 20 числу сдать 6 «самоходных установок на шасси танка Т-26».

С этим документом связан один нюанс, что породил кое-какие заблуждения среди историков. Дело в том, что в Ленинграде был как минимум еще один завод, наименование которого связано с именем Кирова. Речь заходит о Кировском заводе, советской кузнице тяжелых танков. Его главное производство к этому времени было эвакуировано в Челябинск, но и в Ленинграде завод частично функционировал.

Его директором был М.А. Длугач.

Как возможно подметить, броневой лист имеется и в корме рубки

Так вот, появилось заблуждение, что в первой половине 40-ых годов XX века САУ на базе Т-26 делали именно там. Это не совсем так. Главным сборщиком САУ оставался завод им. Кирова, важным за сборку прописали его директора Б.Н. Мойкина. По многим причинам заказ фронта выполнить не удалось, так что 1 июля первый секретарь ленинградского горкома ВКП(б) Жданов подписал распоряжение №001025, в котором продублировал приказ.

На этот раз с уточнением – САУ предполагалось изготовить на базе тягачей Т-26.

По состоянию на 1 августа две таких автомобили все еще доделывали. «Наверное,» имела место кооперация между двумя фабриками – заводом и Кировским заводом им. Кирова. В итоговом протоколе деятельности Кировского завода за 1942 год значится изготовление 5 «установок пушек на тягаче Т-26», цена заказа 44900 рублей за штуку. Наверное, речь заходит о том, что Кировский завод изготовил орудия и элементы конструкции, а завод им.

Кирова их собрал.

В битвах за Ленинград

Первыми самоходными установками на базе Т-26, каковые попали в действующие части, стали две ЗСУ Т-26–5. Их включили в состав 124-й танковой бригады. Что же касается 76-мм САУ, то они попали в бригаду уже в первых числах Января 1942 года.

Кроме этого эти САУ попали в 125-ю танковую бригаду, откуда их передали во 2-й батальон 123-й танковой бригады. В документах батальона они значатся как «танки Т-26 с пушками 76 мм».

По состоянию на 12 февраля 1942 года еще два «арт-танка СУ» имелось в составе 1-го батальона 122-й танковой бригады. На следующий сутки батальон штурмовал южную окраину Погостья, на протяжении боя одна самоходная установка была утрачена. Оставшаяся машина активно применялась в боевых операциях батальона.

6 марта, в соответствии с распоряжению командующего 54-й армии, танковый батальон взял пополнение, а также еще одну самоходную установку. «Наверное,» машина прибыла из 124-й танковой бригады. Сама 124-я тбр на протяжении боев под Виняголово утратила две самоходных установки на базе Т-26, а также одну ЗСУ.

На протяжении атаки 122-й танковой бригады 9 марта одна САУ была подбитой, ее оттащили на сборный пункт аварийных автомобилей (СПАМ).

Оставшаяся в строю машина деятельно принимала участие в битвах в районе урочище Кондуя и деревни Смердыня. В соответствии с изданию военных действий, 30 марта в боевой группе пребывало уже две «СУ», другими словами подбитую 9 марта машину вернули в строй. 2 апреля обе самоходные установки отправились в ремонт, что осуществлялся на СПАМе силами бригады. Повреждения были малыми — к концу следующего дня автомобили опять пребывали в строю.

7 апреля 122-я танковая бригада поддерживала наступление 115-й стрелковой дивизии, а 17 числа ее вывели из района военных действий.

Подбитая САУ, наверное, из 122-й танковой бригады, район Погостья, зима-весна 1942 года

Снова самоходные установки 122-й танковой бригады были задействованы в сентябре 1942 года. 8 числа соединение поддерживало 53-ю стрелковую бригаду. Первоначально удачно развивавшееся наступление затормозилось из-за усиления сопротивления соперника.

Добавила неприятностей и болотистая местность: бригаде было нужно извлекать собственные танки из болота.

11 сентября 122-я тбр перешла в подчинение 2-й Ударной армии Волховского фронта, наряду с этим часть бригады послали в район Тортолово, а остальные подразделения остались на прошлых пределах с 53-й стрелковой бригадой. В то время «СУ» в строю оставалась одна – в составе 1-го танкового батальона. Ко 2 октября в сводках бригады, которая вела оборонительные битвы, опять появляются две «СУ».

Пропадают они из состава бригады совсем в конце месяца, судьба автомобилей малоизвестна.

Что же касается 124-й танковой бригады, то в осеннюю пору 1942 года в ее составе оставалась лишь она ЗСУ на базе Т-26.

Самоходная установка из состава 2-го танкового батальона 1-й Краснознаменной танковой бригады, Ленинград, осень 1942 года. Как возможно подметить, эта машина кроме этого имеет камуфляж

Значительно продолжительнее продержались самоходные установки этого типа на Ленинградском фронте. Как уже упоминалось выше, первых два «танка Т-26 с пушками 76 м/м» с серийными номерами Т-8 и Т-9 бригада взяла из 124-й и 125-й танковых бригад. Случилось это 12 января 1942 года.

5-го мая 1942 года 123-ю тбр переформировали в 1-ю Краснознаменную танковую бригаду. К тому моменту в составе бригады имелось 4 «СУ Т-26». Их свели в батарею артиллерийских танков под руководством лейтенанта Р.П.

Козлова, которая входила во второй танковый батальон.

Во время с 20 июля по 5 августа 1942 года бригада вела боевые действия в районе Ветхо-Панова и Урицка. На протяжении боев за Ветхо-Паново самоходные установки смогли стереть с лица земли 3 ДЗОТа, 9 противотанковых пушек, миномет вместе с расчетом, 3 пулеметные точки и до 50 офицеров и немецких солдат. Лейтенант Козлов за эти битвы взял орден Красного Знамени.

Раздельно были отмечены боевые заслуги старшего сержанта А.В. Зайцева. Начальник орудия в битвах 22–23 числа под огнем соперника пешком вел собственную САУ за собой, удачно совершив ее через минное поле.

За данный подвиг его наградили орденом Красной звезды.

По окончанию военных действий бригаду направили в Ленинград, где она базировалась рядом от Дома Советов.

Т-26–6 220-й танковой бригады, операция «Искра», январь 1943 года

Выпущенные летом 1942 года совместно заводом и Кировским заводом им. Кирова автомобили попали в состав 220-й танковой бригады. В первый раз «батарея СУ» упоминается в составе бригады 15 декабря 1942 года.

По состоянию на 9 января 1943 года в составе бригады пребывали четыре «Т-26 бат. СУ». В таком составе батарея 220-й танковой бригады участвовала в операции «Искра», целью которой был прорыв блокады Ленинграда.

16 января автомобили двинулись в бой за 2-й город им. Кирова. Удачи танков не поддержала пехота, одной «Т-26 СУ» из состава 84-го танкового батальона оторвало дне, но, если судить по предстоящему описанию, машину удалось вернуть в строй.

С 20 января бригада вела совместные действия с 142-й морской стрелковой бригадой. По состоянию на 21-е число в ее батарее имелись 3 «СУ», на следующий сутки была подбита еще одна самоходная установка. Самоходные установки на долгое время задержались в составе бригады: по состоянию на 24 декабря 1943 года в 84-м ТераБайт все еще числилась одна « Т-26 СУ».

Последняя САУ на базе Т-26 провалилась сквозь землю из состава 220-й бригады в начале Января 1944 года.

Корректировка огня САУ

Продолжительнее всех продержались ленинградские САУ в составе 1-й Краснознаменной танковой бригады. По состоянию на 1 января 1944 года в составе бригады имелись три «Т-26 СУ-76». Свели самоходы в состав истребительной противотанковой батареи под руководством лейтенанта М.И. Красильникова. Четвертой машиной в батарее была СУ-76М (СУ-15М).

На протяжении боя 17 января за Кургелева батарея стёрла с лица земли 3 противотанковых пушки, 8 пулеметов, 2 ДЗОТ-а и 1 блиндаж, и до 40 офицеров и немецких солдат. Красильников был не легко ранен, но позднее он возвратился на собственную должность. К 19 января, в то время, когда бригада начала выдвигаться на позиции атаки на Красное Село, в ее составе оставалась одна «Т-26 СУ-76».

Эта машина пережила боевые действия, на протяжении которых была совсем прорвана блокада Ленинграда.

23 числа из 12-го отдельного учебного танкового полка (ОУТП) в бригаду прибыли 4 самоходных установки «Т-26 СУ-76». Батарея участвовала в военных действиях летом 1944 года. 11 июня бригада вела битвы в районе Яппил и Халала, 14 числа ворвалась в Ваммелярви, где был штаб финского 4-го военного корпуса, а в будущем отразила атаку.

19 июня соединение забрало Кямяря (сейчас Гаврилово), а на следующий сутки вела битвы за Выборг.

К концу операции очень сильно изношенные самоходные установки стали выходить из строя. 19 июня одна САУ вышла из строя по техническим обстоятельствам, а 23 июня уже все автомобили этого типа потребовали заводского ремонта. Их заменили на СУ-76.

Последний зафиксированный в документах случай применения 76-мм САУ на базе Т-26. По окончании боев за Выборг они были уже очень изношены

Непременно, при анализе боевого применения Т-26–6 направляться делать поправку на то, что Ленинградский фронт имел собственную специфику. Кроме того в первой половине 40-ых годов XX века тут достаточно активно использовались танки Т-26, Т-60, Т-70 и БТ. Однако, кроме того с учётом данной особенности нельзя не отметить достаточно высокую боевую эффективность Т-26–6. Эти самоходные установки в полной мере удачно использовались как средство помощи, уничтожая лёгкие укрепления и вражескую пехоту.

Весьма жаль, что до идеи переделки двухбашенных Т-26 в подобные САУ руки у советских конструкторов дошли лишь к лету 1941 года.

Источники:

  • Материалы ЦАМО РФ
  • Материалы архива Геннадия Малышева
  • Материалы архива Евгения Иванова

НЕКРАСИВЫЙ КОТ. Стих.


Занимательные записи:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме:

  • Межвоенный долгожитель

    Межвоенный долгожитель ВМВ танки Англия Юрий Пашолок Отправившийся в серию в первой половине 20-ых годов двадцатого века Light Tank Mk.I, позднее переименованный в Medium Tank Mk.I, стал…

  • История английского танкостроения. межвоенный долгожитель

    История английского танкостроения. Межвоенный долгожитель Отправившийся в серию в первой половине 20-ых годов двадцатого века Light Tank Mk.I, позднее переименованный в Medium Tank Mk.I, стал…

  • История советского танкостроения. тяжёлая будущее лёгкого танка

    История советского танкостроения. Тяжёлая будущее лёгкого танка Значительно чаще британский лёгкий танк «Тетрарх» вспоминают в связи с его применением в…

  • Тяжёлая будущее лёгкого танка

    Тяжёлая будущее лёгкого танка танки СССР Англия Юрий Пашолок Значительно чаще британский лёгкий танк «Тетрарх» вспоминают в связи с его применением в…

  • Танк-резервист

    Танк-резервист ВМВ танки Англия Юрий Пашолок Обширно известно высказывание Уинстона Черчилля об Infantry Tank Mk.IV, он же Churchill: «Танк,…

  • Сталин, танки, три ствола

    Сталин, танки, три ствола ВМВ танки СССР Юрий Пашолок Тяжёлые самоходные артиллерийские установки в СССР начали проектировать ещё В первую очередь 30-х годов. К…

spacer