Чехословацкое танкостроение: первые шаги

Чехословацкое танкостроение: первые шаги

Чехословацкое танкостроение: первые шаги

  • танки
  • Чехословакия

Юрий Пашолок

В конце 30-х годов Чехословакия превратилась во второго в мире по размерам поставок производителя экспортных танков. Маленькая страна в Восточной Европе, которая лишь в 1918 году получила независимость, умудрилась близко подобраться к Англии, мировому фавориту по экспорту бронетанковой техники. Очевидно, такие впечатляющие успехи, достигнутые всего за 20-летний период независимости, показались не на безлюдном месте.

Первые собственные шаги чехословацкое танкостроение делало с оглядкой на германскую и английскую школы. Плодами этого опыта стали пара экспериментальных автомобилей, и серийный лёгкий танк LT vz.34.

Колёса и гусеницы

Чехословацкое танкостроение, как и шведское, развитием и своим возникновением в межвоенный период во многом обязано Германии. В случае если быть более правильными — Германии и Версальскому контракту, в соответствии с которому немцы не имели права разрабатывать, а тем более строить танки. В следствии бессчётные германские инженеры были без работы.

Наиболее надёжный способ отыскать работу для них был поиск вероятных клиентов за границей, тем более в тогдашней Европе таковые имелись в избытке. Одним из них была и Чехословакия. На вооружении чехословацкой армии пребывало всего семь французских танков Renault FT, каковые скоро устаревали.

Неспециализированный принцип работы колёсно-гусеничной схемы Йозефа Фольмера, иллюстрация из патента

Как раз тут продолжил работу Йозеф Фольмер, один из главных персонажей танковой программы кайзеровской Германии. Как и многие инженеры того времени, Фольмер хорошо занимался проблемой увеличения подвижности танков. LK-II, одно из его творений и в один момент первый германский серийный лёгкий танк, превосходил Renault FT в скорости, но и его 16 км/ч были совсем не тем, что имело возможность потребоваться в новой войне.

Для военного управления разных армий непременно становилось очевидным, что танк — это не только средство усиления пехоты. Скорость для танка превратилась в критически ответственный параметр.

Одним из вероятных решений вопроса повышения скоростных черт являлось применение колёсно-гусеничной схемы. Она не только увеличивала скорость передвижения, но и повышала дальность хода, и экономила ресурс гусениц, что в то время был небольшим. Потому, что танки в Германии строить было нельзя, Фольмер отправился на хитрость. Он начал разрабатывать колёсно-гусеничное шасси, забрав за базу гусеничный трактор Hanomag Z WD-50.

Эта машина, показавшаяся в первой половине 20-ых годов двадцатого века, скоро стала очень популярной. К примеру, в СССР данный трактор производился называющиеся «Коммунар».

Схема, которую избрал Фольмер, была наименее простой в исполнении. На трактор устанавливалась совокупность, превращавшая его по окончании определённых манипуляций в колёсную либо гусеничную машину. Для этого трактор заезжал на особые ботинки, по окончании чего экипажу следовало поставить колёса или, напротив, снять их.

Hanomag Z WD-50, переоборудованный в колёсно-гусеничную машину

В первой половине 20-ых годов двадцатого века чехословацкая компания Breitfeld-Danek (Breitfeld, Danek a spol) купила лицензию на производство многих образцов техники Hanomag. Среди них был и Hanomag WD-50PS. Сам Фольмер также внес предложение чехословакам собственные услуги, и те заинтересовались.

За изготовление опытного образца и документацию инженер взял 1,3 млн крон.

Годом спустя опытный образец автомобили был выстроен. Он взял обозначение KH-50, другими словами «колёсно-гусеничный (Kolohousenka), с мотором мощностью 50 лошадиных сил». За базу его конструкции был забран всё тот же трактор Hanomag WD-50PS. Но двигатель отправился в кормовую часть автомобили, а место механика-водителя было перенесено вперёд. Тестовое шасси отправилось на ходовые опробования, а за ним следом была выстроена и вторая машина.

Приблизительно одвременно с этим к работам подключились компании Laurin a Klement и Tatra. Позднее второй пример был переделан в полноценный танк.

Неспециализированная концепция KH-50 здорово напоминала то, что потом немцы реализуют в виде Leichttraktor, Pz.Kpfw.I и некоторых вторых танков. Дело в том, что превращение трактора-тягача в танк происходило путём установки на него подбашенной башни и коробки. Наряду с этим подбашенная коробка крепилась на болтах, другими словами танк возможно было переделать обратно в тягач.

KH-50 на протяжении войсковых опробований

В варианте танка KH-50 имел оружие в виде 37-мм пушки Skoda d/27. Как альтернатива предполагалась возможность установки двух пулемётов wz.24 (они же Schwarzlose).

По окончании постройки первый опытный образец отправился в 305-й артполк, где его тестировали в качестве артиллерийского тягача. Машина оказалась очевидно более манёвренной, чем Renault FT. А вот опробования полноценного танка дали противоречивые результаты. Его скорость на колёсах составила 35 км/ч, и «простые» гусеничные танки к тому моменту уже были близки к таким достижениям. Что же касается гусеничного хода, то с его применением стремительнее 15 км/ч KH-50 разогнаться не смог.

Во многом это было связано с тем, что двигатель был слабоват для таковой боевой массы. Логичным решением проблемы стало увеличение мощности мотора.

KH-50 в варианте полноценного танка

Во второй половине 20-ых годов XX века был выстроен улучшенный вариант автомобили, взявший обозначение KH-60. Как и при с предшественниками, одна из двух выстроенных автомобилей была выполнена как тягач, а вторая — как танк. Главным отличием от предшественницы стал более замечательный двигатель, Hanomag 60 PS.

Помимо этого, была пара переделана конструкция шасси, и подбашенная коробка с башней.

Модернизация принесла собственные плоды. Скорость танка на гусеницах выросла до 18 км/ч, а на колёсах — до 45 км/ч. Существует вывод, что эти автомобили были реализованы или переданы на опробования в СССР, но эта информация не находит подтверждения.

Но совершенно верно как мы знаем, что одна такая машина с номером 13362 в первой половине 30-ых годов двадцатого века поступила на вооружение чехословацкой армии. Примечательный факт: KH.60 стал первым проектом, над которым трудился Алексей Сурин, будущий основной конструктор CKD.

KH-60, модернизированная версия с более замечательным двигателем. Между колёсами видна особая подставка, которая употреблялась при переходе с гусеничного хода на колёсный и напротив

Последняя модернизация танков данной серии случилась во второй половине 20-ых годов XX века. Тогда показалась машина, взявшая обозначение KH-70. Она взяла новый двигатель мощностью 70 лошадиных сил, благодаря чему её большая скорость на колёсах возросла до в полной мере хороших 60 км/ч.

Одновременно с этим масса росла, а всегда догружать гусеничное шасси (а тем более колёса) было нельзя. По данной причине работы по теме Kolohousenka стали неспешно сворачиваться.

Колёсно-гусеничную тему в Чехословакии потом развивали по программе «комбинированной ударной автомобили среднего класса» (Kombinovany stredni utocny, сокращённо KSU). Работы по ней длилась до 1935 года и позднее стали причиной появлению средних танков Skoda S-III и Tatra T-III. Что же касается лёгких танков, то предстоящие работы по их созданию пошли в Чехословакии совсем По другому направлению.

От танкетки к лёгкому танку

К 1930 году чехословацкая армия оставалась без собственного танка. Помогла ей опять заграница, в этом случае — британцы. Нужно заявить, что чехословацкие компании весьма деятельно контактировали с целым рядом европейских производителей как гражданской, так и бронетехники.

В итоге как раз зарубежные контакты разрешили вдохнуть новую судьбу в чехословацкое танкостроение.

В первой половине 30-ых годов двадцатого века компания CKD, в которую вошли Ceskomoravska-Kolben и Breitfeld-Danek , купила лицензию на производство танкетки Carden-Loyd Mk.VI. В том же году в Праге были изготовлены три танкетки. По результатам их войсковых опробований было издано постановление о важной переделке автомобили.

CKD начала разрабатывать машину P-1, а компания Skoda, в которую во второй половине 20-ых годов XX века влилась Laurin a Klement, запустила разработку танкеток серии MU. По результатам армейские отдали предпочтение P-I, которую и приняли на вооружение как танкетку примера 1933 года (Tancik vz. 33).

Танкетка MU-6, 1932 год. Снаружи больше похожая на полноценный танк, чем на танкетку, она стала ориентиром при предстоящей разработке чехословацких лёгких танков

В это же время Skoda работала над более идеальными предположениями собственных танкеток. Одной из таких автомобилей стала танкетка MU-6, разработка которой началась в первой половине 30-ых годов двадцатого века. Не обращая внимания на то что весила она всего 3 тонны, снаружи она больше напоминала полноценный танк. Её корпус конструкторы удлинили до 3,84 метра, машина взяла хорошую компоновку с мотором позади и трансмиссией в носовой части. Экипаж увеличился до четырёх человек, из них двое размещались в башне.

В качестве оружия предполагалось применять 47-мм пушку A2 разработки Skoda.

Одним словом, это был бы полноценный танк, если бы не одно «но». Толщина брони автомобили не превышала 5,5 мм, другими словами кроме того простая винтовочная пуля пробивала таковой «танк» более чем с полукилометра. Неудивительно, что армия забраковала эту конструкцию.

В будущем MU-6 была переделана в самоходную установку, которая, но, также не имела успеха.

Не обращая внимания на таковой финал, MU-6 практически стала первым чехословацким лёгким танком отечественной разработки. Многие заложенные в данной машине ответа позднее легли в базу концепции подавляющего большинства чехословацких танков предвоенной разработки. Возможно заявить, что направление было задано: для полноценного лёгкого танка, всецело соответствующего требованиям армии, конструкторам оставалось выбрать только хороший ориентир для подражания.

Таковой ориентир кроме этого нашёлся в Англии. Стал им, очевидно, Vickers Mk.E. Необходимо подчеркнуть, что компания CKD уже выбирала Vickers Mk.E как пример для подражания во второй половине 20-ых годов XX века.

Тогда ею для чехословацкой армии предлагался эскизный проект лёгкого танка YNP, созданный с оглядкой на английскую машину. Но армейские его во внимание не приняли, потому, что сейчас стартовала программа KSU.

Опытный образец лёгкого танка P-II

Во второй раз CKD попытала счастья в первой половине 30-ых годов двадцатого века. Тогда компания представила в Военно-технический и летный университет (Vojensky Technicky Letecky Ustav, либо VTLU) ещё один проект лёгкого танка, что по своим чертям здорово напоминал Vickers Mk.E. Его боевая масса должна была составлять 7,5 тонны, а экипаж включал трёх человек.

Вооружить машину планировалось двумя пулемётами и 47-мм пушкой Vickers.

Разглядев проект, VTLU внёс в него собственные коррективы. Вместо 47-мм пушки было решено применять 37-мм противотанковую пушку A3, которую в тот момент проектировала Skoda. Вместо станковых пулемётов vz.24 было решено применять менее громоздкие ZB vz.35.

Поменянный проект был утверждён под обозначением P-II (Praha II).

Первый опытный образец P-II, взявший регистрационный номер 13.363, вышел на опробования в ноябре 1932 года. Не обращая внимания на то что танк данный был полностью чехословацкой разработкой, в его ходовой части все равно чётко прослеживались черты английской танкетки Carden-Loyd Mk.VI. Особенно это относится балки-усилителя и её креплений.

Ничего нехорошего в этом, очевидно, нет: верные идеи конструкторы неизменно с радостью брали на вооружение.

В полной мере прослеживалось в первом лёгком танке CKD и влияние Vickers Mk.E. Это относится неспециализированных компоновочных самой концепции и решений лёгкого танка сопровождения пехоты. Похожим выяснилось и бронирование — 15 мм в лобовой части и по бортам.

Но, на этом сходство заканчивалось. Не обращая внимания на то что у P-II, как и у Vickers Mk.E, имелась рессорная подвеска и насчитывалось по восемь опорных катков на борт, собранных в тележки, неспециализированное построение ходовой части было вторым. Подвеска, созданная Алексеем Суриным, предусматривала применение цельной рессоры, которая крепилась выше тележек и делала роль упругого элемента для каждой из них. Кроме этого позади у P-II имелся дополнительный, девятый опорный каток без подрессоривания.

Как и у танкетки Carden-Loyd Mk.VI, на P-II вместо поддерживающих катков употреблялись полозья. Но, между двумя полозьями однако был установлен один каток, а второй разместился сзади них.

Очень уникально смотрелась установка оружия в башне. Но, на серийном танке она была переделана

В случае если в ходовой части P-II всё ещё отчётливо проявлялись британские корни, то его башня и корпус не имели с продукцией Vickers ничего общего. Не обращая внимания на то что инженеры CKD применяли концепцию с передним размещением трансмиссии, они не стали, подобно британским сотрудникам, максимально уменьшать длину корпуса. Танк взял, если сравнивать с Vickers Mk.E, более просторное отделение управления, где нашлось место не только механику-водителю, но и пулемётчику, что в один момент являлся и радистом.

Но, у этого стрелка-радиста были и другие задачи. Дело в том, что в один момент он являлся и… командиром экипажа. В зависимости от обстановки начальник был или в отделении управления, или в башне на месте заряжающего.

Такая необычная совокупность разделения обязанностей между участниками экипажа позднее практиковалась на всех чехословацких лёгких танках.

Относительно маленькие размеры лёгкого танка ограничивали и количество его моторного отделения. Вследствие этого P-II взял рядный 4-цилиндровый двигатель количеством 6 литров и мощностью 62 лошадиные силы. С ним танк развивал скорость не больше тридцати километров/ч, но для автомобили сопровождения пехоты этого было достаточно.

Не меньший интерес, чем шасси, вызывает башня с оружием. Разрабатывалась она очевидно с участием экспертов компании Skoda, причём, в случае если делать выводы по форме, очевидно вела родословную от MU-6. В отличие от предшествующей конструкции, у башни показалась командирская башенка, и кормовая ниша.

В качестве главного оружия употреблялась новейшая 37-мм пушка A3, представлявшая собой танковую версию противотанкового орудия, принятого на вооружение как 3,7cm KPUV vz. 34. С таким оружием P-II имел возможность бороться с любым танком того времени.

С пушкой был спарен станковой пулемёт ZB vz.35. Характерным элементом умелой автомобили стала подвижная орудийная маска. Как и у Renault FT, она двигалась как в вертикальной, так и в горизонтальной плоскости, разрешая более совершенно верно довернуть орудийную установку, не поворачивая башню.

Skoda SU, запоздалый соперник P-II

Опробования P-II начались в самом финише 1932 года. Уже тогда стало ясно, что танк удался. Машина была очевидно лучше Renault FT и KH-60. Однако чехословацкие армейские решили подстраховаться, не забывая о не самой успешной судьбе Kolohousenka. В общем итоге P-II, пребывав в составе танкового батальона, размещавшегося в Миловице, накатал по находящемуся в том месте же полигону 3400 километров.

В феврале 1933 года начались переговоры между чехословацкой армией и CKD о серийном производстве P-II, и 19 апреля 1933 года был подписан договор о поставках в армию 50 танков этого типа.

На фоне P-II разработка Skoda смотрелась достаточно примитивно. Однако Skoda SU стала базой для самого массового предвоенного чехословацкого танка

В это же время и компания Skoda всё ещё не распрощалась с надеждой взять договор на производство лёгких танков. В начале 1934 года начались работы над лёгким танком S-II, либо Skoda SU. К лету танк вышел на опробования на полигоне в Миловице.

В целом эта машина соответствовала требованиям чехословацких армейских. Её боевая масса составляла 7,57 тонны, а по бронированию танк был подобен P-II. В качестве силовой установки тут употреблялся V-образный двигатель мощностью 109 лошадиных сил.

Ходовая часть танка, если сравнивать с MU, была полностью переделана. Трансмиссию конструкторы перенесли назад, а подвеска начала напоминать подвеску P-II, не смотря на то, что неспециализированный принцип работы пара отличался.

Не обращая внимания на более замечательный двигатель, скоростные характеристики Skoda SU были на уровне P-II. Не в пользу S-II сыграли более тесная башня, не имевшая кормовой ниши, и оружие, складывавшееся из 47-мм пушки Skoda A2 и двух пулемётов vz.24. Оба этих примера оружия были отвергнуты чехословацкими армейскими для применения в танках ещё в начале 30-х годов.

Одним словом, S-II был не нужен. Но на Skoda не отчаялись и стали дорабатывать машину под другие спецификации, в конечном счёте забрав у CKD реванш. Но, это уже вторая история.

Чехословацкий первенец

Заказ на 50 танков не означал, что PU-II отправится в серию в неизменном виде. Умелую машину было нужно дорабатывать, и по большей части это касалось вооружения и башни. Чехословацким армейским не понравилась мысль орудийной маски, подвижной в двух плоскостях. Такая совокупность была более уязвимой для вражеского огня. Вместо неё на серийной башне была сделана раздельная установка пушки и спаренного пулемёта.

Мало изменилась и форма башни. Помимо этого, была переделана командирская башенка. Она стала выше, а в её бортах показались смотровые устройства, что улучшило обзорность.

Производство P-II на заводе CKD в Либени, пригороде Праги

Производство P-II было освоено на заводе CKD в пригороде Праги Либень. Поставщиком брони для танков стал завод POLDI Hutte из города Кладно. С этим предприятием, кстати, связана некая задержка поставок P-II. Дело в том, что уровень качества первых партий бронелистов выяснилось низким. Неприятность с бронёй оставалась актуальной и потом.

Броня высокой твёрдости была достаточно хрупкой и при попадании довольно часто давала трещины.

В связи с задержкой первые шесть танков поступили на вооружение 3-й роты танкового батальона лишь 23 апреля 1934 года. Начались войсковые опробования, на протяжении которых определялось видение армейскими структуры снова создаваемых танковых частей. По итогам манёвров был составлен отчёт, в котором было выяснено и место P-II в новой чехословацкой танковой классификации.

В соответствии с ей, он относился к категории II (кавалерийский танк с броней толщиной 15 мм).

оптимальнее отличие серийного P-II от умелого экземпляра заметно на виде сверху

13 июля 1935 года чехословацкая армия официально приняла P-II на вооружение P-II под обозначением LT vz.34 (лёгкий танк примера 1934 года). 15 сентября в Миловице был организован 1-й танковый полк, а 18 декабря в том направлении поступили шесть танков LT vz.34 с регистрационными номерами 13.496–13.501.

Ещё 18 танков с номерами 13.502–13.519 поступили 8 января 1936 года в состав 2-й роты 2-го танкового полка, размещавшегося в Пршаславице, рядом от Оломоуца (Моравия). Следующая партия из 14 танков с регистрационными номерами 13.520–13.533 прибыла в Миловице на формирование 3-й роты 3-го танкового полка. Позднее данный полк передислоцировался в Мартин (Словакия).

В том же направлении 16 января 1936 года отправилась последняя партия из 6 танков, взявших регистрационные номера 13.534–13.539.

Матчасть 3-й роты 3-го танкового полка на параде в Праге, 1936 год

В связи с наращиванием Германией армейского потенциала и её территориальными претензиями к Чехословакии последней было нужно безотлагательно усиливать собственную армию. С 1937 года LT vz.34 были переквалифицированы из лёгких кавалерийских в лёгкие разведывательные танки, а части с ними были подчинены пехотным дивизиям. Потому, что в танковые части стали поступать более современные автомобили, во второй половине 30-ых годов XX века случилось перераспределение LT vz.34.

Практически добрая половина их (27 танков) была на вооружении 3-го танкового полка в Мартине.

К моменту оккупации Чехии Германией первый серийный чехословацкий танк в значительной мере устарел. По данной причине LT vz.34 не очень сильно заинтересовал немцев, каковые вывезли трофеи в Германию. Пара автомобилей было послано на трофейные выставки, один таковой танк пребывал в Вене.

Оставшиеся были покинуты на складах, не смотря на то, что в начале 1940 года показались замыслы по их модернизации.

Дело в том, что при всех недочётах LT vz.34 очевидно превосходил Pz.Kpfw.II, не говоря уже о Pz.Kpfw.I. Появилась мысль послать их в германскую армию, но реализована она так и не была. Нельзя исключать, что одной из обстоятельств отказа от неё стало совсем маленькое количество танков, имевшихся в распоряжении немцев — 23 штуки.

Особенного смысла налаживать серийную модернизацию при таком количестве автомобилей не было, потому что их не набиралось кроме того на батальон. В итоге LT vz.34 так и остались на складах, где их неспешно разбирали на металл.

P-II на трофейной выставке в Вене

Совсем второй была будущее у танков 3-го танкового полка. По окончании оккупации Чехии Словакия стала формально свободной, и эти автомобили были на вооружении армии новой страны. В состав словацких армии попали 18 автомобилей, позднее их количество выросло до 21. Наряду с этим особенных иллюзий по поводу боевых качеств LT vz.34 словацкие армейские не испытывали.

Танки несколько лет пребывали в резерве и в военных действиях не принимали участие. С 1 января 1942 года 16 автомобилей переквалифицировали в учебные, а с середины 1943 года они совсем были переведены в резерв.

25 августа 1944 года отряд словацких партизан занял Мартин, а 4 дня спустя в стране началось Словацкое национальное восстание. Приняли в нём участие и порядком износившиеся LT vz.34. Часть автомобилей была вкопана и употреблялась как неподвижные огневые точки, потому, что их состояние было не на высоте.

Словацкие партизаны применяли LT vz.34 впредь до конца октября 1944 года.

Германские танкисты применяли трофейные чехословацкие танки как учебные пособия

В осеннюю пору 1944 года немцы наконец применяли LT vz.34 по назначению. В то время, когда 22 сентября 1944 года казармы в Мартине заняли германская армия, в том месте ими были захвачены 10 танков. Автомобили были включены в состав танковой дивизии «Татра», где, но, прослужили совсем недолго.

Нехорошее состояние вынудило немцев послать LT vz.34 на завод Skoda в Пльзень с целью проведения капремонта. Позднее эти автомобили немцы желали передать хорватам, но те отказались из-за весьма нехорошего состояния данной «военной помощи».

LT vz.34 незаслуженно находится в тени славы более поздних чехословацких танков. В это же время эта машина стала не только первым серийным лёгким танком чехословацкой разработки, но и базой для предстоящих работ. Развивая его конструкцию, инженеры CKD создали LT vz.38, в полной мере заслуженно считающийся одним из лучших лёгких танков Второй мировой.

В значительной мере эта машина повлияла и на конструкцию LT vz.35, главного чехословацкого танка предвоенного периода. Да и сам LT vz.34 на момент создания был одним из лучших танков в собственном классе, уступая зарубежным одноклассникам только в манёвренности.

Создатель высказывает признательность Юрию Тинтере (Jiri Tintera), Чехия, за помощь в подготовке материала.

литература и Источники:

  • Czechoslovak Tanks 1930–1945 Photo-Album Part 1, Vladimir Francev, Karel Trojanek. — Capricorn Publications, 2013.
  • http://forum.valka.cz.
  • Материалы из архива Юрия Тинтеры (Jiri Tintera).
  • Материалы из фотоархива автора.

История танкостроения Франции


Увлекательные записи:

Подобранные по важим запросам, статьи по теме:

spacer